Судих же в себе сие, не паки скорбию к вам приити.

Аще бо аз скорбь творю вам, то кто есть веселяяй мя, точию приемляй скорбь от мене?

И писах вам сие истое, да не пришед скорбь на скорбь прииму, о нихже подобаше ми радоватися, надеяся на вся вы, яко моя радость всех вас есть.

От печали бо многия и туги сердца написах вам многими слезами, не яко да оскорбитеся, но любовь да познаете, юже имам изобильно к вам.

Аще ли кто оскорбил мене, не мене оскорби, но от части, да не отягчу, всех вас.

Довольно бо таковому запрещение сие, еже от многих:

темже сопротивное паче вы да даруете и утешите, да не како многою скорбию пожерт будет таковый:

темже молю вы, утвердите к нему любовь.

На сие бо и писах, да разумею искусство ваше, аще во всем послушливи есте.

Емуже аще что даруете, и аз: ибо аз аще что даровах, емуже даровах, вас ради, о лицы Иисус Христове,

да не обидими будем от сатаны: не не разумеваем бо умышлений его.

Пришед же в Троаду во благовестие Христово, и двери отверзене ми бывшей о Господе,

не имех покоя духу моему, не обретшу ми Тита брата моего: но отрекся им, изыдох в Македонию.

Богу же благодарение, всегда победители нас творящему о Христе Иисусе и воню разума Его являющу нами во всяцем месте.

Яко Христово благоухание есмы Богови в спасаемых и в погибающих.

Овем убо воня смертная в смерть, овем же воня животная в живот. И к сим кто доволен?

Несмы бо, якоже мнози, нечисто проповедающии слово Божие, но яко от чистоты, но яко от Бога, пред Богом, во Христе глаголем.